— В эти дни отмечается 10-летие возрождения Геральдической службы России. Геральдика — это не только наука, изучающая гербы, но и практическая деятельность, связанная с созданием и использованием геральдических знаков. После Октябрьской революции 1917 года, геральдическая служба России, которая тогда называлась Департамент Герольдии Правительствующего Сената была упразднена. Чем обосновано учреждение геральдического органа в новой России?
— Действительно, в советское время аналогичного органа не было. Если требовалось решить какой-то геральдический вопрос, то давали задание профильному министерству, там создавалась рабочая группа. До революции же существовал Департамент Герольдии Правительствующего Сената, в составе которого было гербовое отделение, занимавшееся государственной геральдикой, гербами — дворянскими и территориальными.
Теперь о создании геральдической службы России… Вспомним 1990-й год. Советский Союз еще существовал, но все очевиднее становилась неустойчивость этого государственного объединения, все сильнее ощущался подъем национальных чувств. В прибалтийских и кавказских республиках, на Украине, в Белоруссии начался процесс возвращения национально-государственной символики. Кустарным способом изготавливались значки в форме флагов Грузии, Армении, Эстонии. С помощью геральдики люди выражали свою политическую и гражданскую позицию. Одни носили значки с портретом Ленина, другие — с бело-сине-красным флагом, третьи — с двуглавым орлом. Становилось совершенно очевидно, что государственную символику РСФСР необходимо менять. Для этого была образована правительственная комиссия, которая, в свою очередь, поручила руководителю архивной службы Р. Г. Пихоя собрать «круглый стол». Именно этому общественному органу, в который вошли такие известные ученые как Е. И. Каменцева, Н. А. Соболева, В. А. Артамонов из института истории РАН, С. В. Думин и А. С. Мельникова из ГИМа, и предстояло подготовить предложения по государственной символике. Впрочем, круг лиц, участвовавших в обсуждении, не ограничивался учеными. На заседания «круглого стола» приходили министры, депутаты и другие заинтересованные люди. Очень хорошо помню первое заседание, в декабре 1990 года. На нем мы слушали запись нового гимна. В небольшой комнате в Белом доме включили магнитофон, все встали, испытывая не просто чувство гордости, а нечто большее.
Прежде всего, предстояло решить одну проблему: насколько серьезными должны быть изменения государственной символики. Возможно ли ограничиться простым внесением в существующие символы новых деталей, соответствующих времени, или же требуются совершенно новые символы, никак не опирающиеся на историческую традицию. После дискуссии пришли к выводу: герб и флаг должны быть историческими.
— Что заставило «круглый стол» принять такое решение?
— Любой геральдический знак — это определенный текст, который имеет логику своего построения. Поэтому изъятие одной эмблемы и замена ее другой сравнима с вмешательством в канву стихотворения. Хотя и такой вариант обсуждался. Предлагалось, например, вместо серпа и молота нарисовать ласточку и т. д.
В ходе дискуссии стало ясно, что механическая работа с эмблемами невозможна. Скверную службу сослужило и то обстоятельство, что геральдика в советское время числилась наукой неблагонадежной, так как прежде всего изучала дворянские гербы. Даже не на всех исторических факультетах ее преподавали, и уж совсем игнорировали в художественных училищах. Поэтому те художники-графики, которые пытались создать герб, рисовали красивые картинки, но никак не государственные символы. Они не понимали, что такое государственный герб, технологию и принципы его создания. И это никоим образом не вина художников, а их беда…
Волей-неволей пришли к тому, что нужно обращаться к историческим традициям. С флагом было достаточно просто: единодушно сошлись на том, что необходимо вернуть бело-сине-красный. Хотя и здесь жажда творчества была сильна, предлагалось, например, сделать полосы разной ширины. С гербом было сложнее, слишком уж много эпитетов на него было навешано — царский, имперский… При этом апеллировали к народу, который нас якобы не поймет. Но сама жизнь расставила все по своим местам. Один из московских коллег принес на заседание корочку для паспорта с двуглавым орлом. В конце концов «круглый стол» решил рекомендовать Правительственной комиссии в качестве герба Российской Федерации — золотого двуглавого орла на красном поле.
Однако развитие событий подсказывало, что герб и флаг — это лишь начало большого пути, что необходимо создавать постоянный геральдический орган. Р. Г. Пихоя предложил подготовить бумагу на имя Председателя Верховного совета Б. Н. Ельцина. Задумались: кто должен ее подписать. Начали перебирать кандидатуры, набрали с полдесятка, в том числе и Дмитрия Сергеевича Лихачева. На что Рудольф Германович заметил: «Если подпишет Лихачев, все другие подписи не понадобятся». Я вернулся в Петербург, позвонил Лихачеву, договорился о встрече. Сделав несколько поправок, он подписал письмо. На заседании Государственную комиссию, на котором докладывались результаты работы «круглого стола», письмо было передано для Ельцина. Вскоре началась предвыборная кампания, и письмо затерялось в коридорах власти. Когда ситуация несколько успокоилась, мы решили повторить попытку. На этот раз все вроде бы шло хорошо. Вопрос о создании Геральдической службы обсудили у госсекретаря Г. Э. Бурбулиса. Геннадий Эдуардович дал распоряжение готовить проект постановления правительства. Но и на этот раз вмешался случай — ГКЧП.
В сентябре 1991 года работа над проектом государственного герба была продолжена. Длилась она два года, и лишь 30 ноября 1993 года президент РФ Б. Н. Ельцин подписал указ о государственном гербе.
Одновременно шла работа по созданию государственной геральдической службы. 20 февраля 1992 года вышло постановление правительства о создании Государственной геральдической службы Российской Федерации на правах самостоятельного отдела Росархива. В 1994 году мы перешли в Администрацию Президента, позднее был образован Геральдический совет при Президенте РФ, обеспечивающий его деятельность отдел стал одним из подразделений Управления государственных наград.
— Государственная геральдическая служба имеет прописку в Санкт-Петербурге, в то время как все другие подразделения Администрации президента расположены в Москве. С чем это связано?
— Когда мы дошли до службы в Администрации Президента, уже была некая традиция нашего существования в Санкт-Петербурге. Нельзя забывать и о том, что мы постоянно работаем с архивами Департамента Герольдии правительствующего Сената, которые находятся в Историческом архиве в Санкт-Петербурге. В Эрмитаже хранятся богатейшие коллекции знамен, мундиров, наград, гербовых печатей. Это были весомые аргументы, которые при осуждении принимались во внимание.
— Кто работает в Вашей службе, ведь специалистов такого профиля нигде не готовили…
— В 1970 году в Эрмитаже образовался геральдический семинар, который тогда был единственным в СССР. Директор Эрмитажа Борис Борисович Пиотровский и его заместитель по науке Виталий Александрович Руслов поддержали эту инициативу. Это сейчас геральдика популярна, работают геральдические общества, семинары. Тогда же в райком партии некоторые бдительные граждане писали доносы, о том, что существует некая полумонархическая организация.
Сначала семинар был ленинградским, потом в нем стали принимать участие коллеги из других городов — москвичи Игорь Владимирович Борисов, Станислав Владимирович Думин, Валерий Александрович Дуров, Дмитрий Игоревич Петерс, Приезжали коллеги с Украины, из Белоруссии, Прибалтики, Закавказья. Со временем он стал Всесоюзным. За время существования семинара была создана методическая база, определены социальные функции геральдических знаков, что позволило нам практически с ходу, начать работу в 1992 году и подготовить кадры для нынешней Геральдической службы.
Мы четко представляем круг наших обязанностей. И когда речь идет о том, какой должна быть расцветка пограничного столба и раскраска пограничных кораблей, как оформить конвои МЧС, которые идут в Северную Осетию, мы знаем — это наш вопрос. Кто-то может спросить: но при чем здесь геральдика?! Но мы точно знаем, что все это является предметом именно нашей службы, а не министерства культуры или образования.
— Чем сегодня занимается геральдическая служба России?
— Мы в хорошем контакте с военными. Многое надо приводить в порядок в нынешней военной геральдике, униформе, знаках различия и отличия, знаменах. Огромная работа ведется с территориями, внесением в государственный регистр гербов, флагов.
Немало вопросов возникает в связи с правильным использованием государственного герба и флага. Мы обязаны реагировать на любое неуважение к государственной символике. Естественно, мы не оставили без внимания факт сожжения государственного флага в Липецке. Направили письмо в Прокуратуру, она адекватно среагировала, было возбуждено уголовное дело. Если бы раньше кто-то сжег флаг СССР, этим бы занималась не Прокуратура, а КГБ. Сегодня же мы наблюдаем другую картину: какие-то отморозки жгут флаг, а рядом стоят милиционеры и губернатор…
— Но, наверное, вопросы уважения к государственным символам, их популяризации прерогатива не только Геральдической службы…
— Конечно. Почитание государственных символов должно закладываться с детства. Дома каждый может держать те символы, которые нравятся. Но существует закон о государственных символах, и мы, как законопослушные граждане, обязаны ему подчиняться. Поэтому когда депутат Шандыбин не вставал под исполнение государственного гимна, Дума была обязана среагировать соответствующим образом, а не смотреть на это, как на шалость большого ребенка.
Ведь, что такое государственные символы? Это символы, обозначающие государство. Как гражданин относится к государственным символам? Так, как к государству. Как он относится к государству? Так, как государство относится к нему. Если гражданин посещает государственное учреждение, на котором развевается государственный флаг, на вывеске которого есть государственный герб, а в этом учреждении грязь и хамство, естественно, требовать уважения к государственным символам неправомерно. Это понимание должно идти от государства.
Интервью взяла Татьяна Максимова.

(Опубликовано: журнал «Родина», 2002, № 3.)

к содержанию