Герб в условиях исторического исследования — достаточно важный фактор. Родовой герб может явиться своеобразным «отражателем» события, зафиксированного в нем географически. История русской геральдики преподносит нам немало таких примеров: массовое награждение гербами лейб-компанцев за помощь императрице Елизавете Петровне в ее восшествии на престол, массовое пожалование гербами офицеров брига «Меркурий», проявивших храбрость в борьбе с сильным флотом противника... В первом случае отражение реального факта зафиксировано в виде лейб-компанской шапки в нашлемнике для всех гербовладельцев и общим для всех полем в основном щите со стропилом в середине и тремя горящими гранатами. Во втором случае общим изобразительным элементом во всех гербах явилось изображение золотого пистолета в голубом поле и серебряной луны рогами вниз. Естественно, что эти данные — только фундамент факта. Однако не забудем, что первоначальный исторический сигнал исходил от герба...
Существует довольно распространенное мнение, особенно в широких массах, что геральдика — это нечто архаичное, наука очень далекого прошлого, давно изжившая себя. Негласно считается, что в России логический конец геральдики наступил после 1917 года и в наше время возвращаться даже к этому слову по меньшей мере бессмысленно.
Современные специалисты по-прежнему зачастую сталкиваются с пренебрежительно-обывательским отношением к этой вспомогательной исторической дисциплине. В первые годы советской власти такая точка зрения была вполне объяснима: «...герб, выражаясь по-модному, «аннулирован» и сдан в архив, а следовательно, и наука «геральдика» — наука прошлого, а не настоящего и не будущего... если на родовые гербы смотреть с... общепринятой точки зрения, то иначе дело обстоять после революции и не может. Раз уничтожено дворянство как сословие, то с ним должен быть уничтожен и дворянский герб, как один из внешних признаков этого достоинства»¹.
Однако выясняется, что корни неприятия и отрицания геральдики были заложены и в самом дворянстве. На это обращали внимание многие специалисты еще задолго до революции. В предисловии к своему «Геральдическому словарю» В. Е. Белинский отмечал: «В дворянстве нашем... замечается... совершенное исчезновение геральдических знаний и всякой вообще охоты посвящать свой досуг этой интересной во многих отношениях науке. Наступило полное игнорирование всего того, что так или иначе связано с понятием о древних родословных, актах, жалованных... грамотах, дворянских гербах и клейнодах»².
Далее ученый выдвигает неверный, как потом оказалось, тезис о беспартийности, аморфности геральдики как науки: «Геральдикой перестали совсем интересоваться, как будто наука может быть якобинской или пуританской, усеянной геральдическими лилиями или увенчанной фригийским колпаком». Может, еще как может, а геральдика тем более. Сразу после революции был с ненавистью повергнут наземь государственный герб России — двуглавый орел. На протяжении десятилетий он подвергался в печати (в том числе и научной) унижениям и насмешкам. Был втоптан в грязь и трехцветный русский флаг, только лишь потому, что под ним сражались все, кто не принимал идеологии большевизма.
Традиция неприятия геральдики, и особенно геральдики дворянской, перешла и к советским историкам.
В 20-х годах стараниями известнейшего специалиста В. К. Лукомского было сделано вроде бы все, чтобы поставить геральдику в один ряд с другими вспомогательными дисциплинами, доказать ее актуальность и необходимость использования в исторических исследованиях. Но этого не произошло.
Когда в 1937 году в свет вышел сборник статей «Вспомогательные исторические дисциплины» в издании Академии наук СССР, там ни словом не обмолвились о геральдике, несмотря на то, что в 20—30-е годы В. К. Лукомским в Гербовом музее, а затем в Кабинете вспомогательных исторических дисциплин была проделана огромная работа для того, чтобы доказать, что геральдика не схоластическая наука прошлого, а новая эффективная прикладная наука с большой перспективой в будущем.
История русской родовой геральдики — это длительный процесс создания и эволюции русских родовых гербов как эмблем, выражающих идею отличия служилого сословия от других сословий царской России и подчеркивающих не только индивидуальность, но и зависимость пожалования в дворянство с гербом исключительно от указаний верховной власти.
Так что же такое родовой герб? В нашей исторической науке существует множество его определений. Многие из них опубликованы, некоторые же служили только для внутреннего пользования чиновников Департамента герольдии — учреждения Сената, занимавшегося в XIX веке геральдической практикой.
В департаментском «Руководстве для составления гербов» читаем: «Гербом называется эмблематическое изображение, составленное по правилам геральдики и утвержденное верховной властью.
Герб обозначает сословие, к коему принадлежит, и служит отличием этого сословия. Гербы помещаются на печатях, домах и домовых вещах в виде украшения, а равно и для определения принадлежности оных владельцу герба»³.
В конце 50-х годов прошлого столетия в том же департаменте неизвестным автором была подготовлена «Записка о правилах составления герба». В ней герб определяется как принадлежность отдельного рода, признанного Правительствующим Сенатом в дворянстве. Утверждалось, что к полному гербу кроме щита принадлежит шлем, украшенный короною, нашлемник и намет. На основании того, что геральдика — наука средневековая, выдвигалось требование к негеральдическим фигурам, изображающим различные предметы и существа: они должны соответствовать средневековым образцам. Особо оговаривалось, что изображение фигур классической древности или современных недопустимо. Разрешалось, по желанию просителей, к гербу прибавлять девиз на русском, славянском и других языках⁴.
В октябре 1859 года в Гербовом отделении собрались специалисты — действительный статский советник С. И. Афанасенко, статские советники В. В. Ленц, Б. В. Кене. Они слушали «Записку по делу о правилах составления гербов, гербовых дипломов и грамот». Ее составил и вынес на обсуждение управляющий Гербовым отделением Кене. В ней говорилось: «...до настоящего времени не существует в России Высочайше утвержденных правил о составлении гербов и об употреблении в них различных геральдических эмблем, принадлежащих различным категориям дворянства...» Следовательно, «необходимо составить таковые правила, основанные на общих геральдических началах, принятых во всех Европейских Государствах».
В итоге появились на свет разработанные Б. В. Кене «Правила составления и утверждения гербов царской фамилии, гербов и дипломов на присвоение прав дворянства, княжеского, графского и баронского титулов и грамот губерниям, городам и местечкам». Параграф первый этих «Правил» гласил: «Гербы суть эмблемы, составленные по известным средневековым геральдическим правилам... Гербы служат доказательством дворянства и употребляются теми лицами, которые пожалованы вместе с нисходящим их потомством, на своих печатях, домах, утвари и прочих предметах, в знак собственности их владения». Оговаривались возможные изображения в гербах: «Все встречающиеся в гербах фигуры должны непременно иметь средневековую форму, почему в эмблемы гербов нельзя допускать: кадуцея, эскулапова жезла и других античных вещей, а также паровых машин, пистолетов, ружей и других новейших предметов». Вводились ограничения на тексты в гербах: «...именные вензеля, надписи и означение года не допускаются... кроме надписей на девизах». Оговаривался порядок утверждения герба верховной властью: «Рисунок герба, Высочайше утвержденный и контрассигнированный Министром Юстиции, с приложением сухой печати Департамента Герольдии, должен кроме подробного описания герба и означения времени утверждения содержать в себе имя, отчество, фамилию и титулы лица, коему герб пожалован»⁵.
Несколько позднее была разработана «Инструкция Гербовому отделению Департамента Герольдии для составления гербов». Ознакомимся с ее основными положениями: «Гербы родовые составляются по просьбам частных лиц, согласно с правилами геральдики и с соблюдением нижеизложенных правил.
...2. Следует избегать повторения эмблем, данных уже другому лицу...
3. Герб может состоять только из одного поля в щите, второе поле должно быть мотивировано:
а) прибавлением фигур по особой Монаршей милости...;
б) ...вследствии исторических воспоминаний в гербах государственных деятелей и полководцев;
в) соединением нескольких фамилий.
4. Следует по возможности изображать в щите только одну фигуру, составляющую главную эмблему герба, а если проситель пожелает еще другую, то второстепенная фигура помещается: во главе щита или в оконечности щита, или в правой или левой стороне от главной фигуры, или на какой-нибудь главной фигуре, например столбе, поясе, перевязи, или в нашлемнике...
7. ...натуральные цвета допускаются в виде исключения...
8. Каждому щиту принадлежит один шлем. Второй шлем дается баронам, или соединенным фамилиям, три шлема: графам и князьям, которые... могут иметь до пяти шлемов. Шлем древнеславянской формы дается только в гербах древних русских родов, ведущих свое начало до царствования Петра Великого... обыкновенный шлем княжеский есть серебряный открытый. Обыкновенный шлем графский серебряный с девятью прутьями. Обыкновенный шлем баронский стальной с семью прутьями. Обыкновенный шлем дворянский: стальной с пятью прутьями, все прутья золотые.
9. Потомки князей, происходящие от Рюрика и Гедимина, имеют право поместить в гербах своих корону древнерусской формы, но багряного цвета и украшенную в середине золотым древневизантийским двуглавым орлом...
10. Щитодержатели допускаются только в гербах титулованных родов и древних дворян. В виде исключения из правил... допускается выдача гербов с щитодержателями, изображающими новейшие исторические фигуры, как-то: солдат тех полков, в которых служили полководцы или которых они состоят шефами»⁶.
В композиционном отношении гербы на щитах делились на три вида:
1) Гербы княжеских и дворянских родов, ведущих свое происхождение от Рюрика и Гедимина. В них видим эмблемы, помещавшиеся ранее на знаменах удельных княжеств и городов, которыми владели их родоначальники. Со временем в гербы этих фамилий помещались другие, более современные элементы, однако в частях щита родовые старинные эмблемы обязательно сохранялись.
2) Гербы, принадлежащие иностранцам, перешедшим на русскую службу. Элементы этих гербов вошли в русскую геральдику почти без изменения. Здесь могли присутствовать элементы, данные русским дворянам западными монархами, либо эмблемы западного происхождения, используемые в русских гербах в связи с различными преданиями, бытовавшими в данной семье. Именно они, кстати, больше всего и вызывают сомнения у исследователей, в силу отсутствия о них достоверных данных и сведений.
3) Гербы, которые являются результатом деятельности Герольдмейстерской конторы (позднее Департамента герольдии). Это либо эмблематические сочинения департамента полностью, от начала до конца, либо частично, по наброскам лиц, представленных к утверждению в звании.
Однако ближе к концу столетия строгости постепенно сходят на нет. В конце XIX века в своей книге «Русская геральдика» П. фон Винклер утверждал, что «число негеральдических фигур бесконечно, так как, создавая новый герб, можно внести в него и новые открытия в природе, новый плод искусства или фантазии человека»⁷.
Иными словами, русская геральдика, начав идти по традиционному пути, очень быстро с него свернула. За отсутствием серьезных трудов, исследований и традиций, в гербы начали вноситься изображения, которые, строго говоря, не имели права на существование. Возражать против этого было невозможно.
В начале XX века геральдика широко проникла в жизнь общества, стала «вездесущей». «Гербы мы видим на костюмах, которые даже шились из материи, по цвету своему соответствовавшей гербу. Гербы ставят на посуде, на книгах, гербы переходят на печати (гербовая печать), на монеты; дома частных лиц в городах вместо имени владельца украшались изображением герба хозяина дома. Гербы встречаются в рукописных памятниках (в дипломах на дворянство, в духовных завещаниях и т. д.), гербы мы находим в церквах и на надгробных плитах...»⁸.
В процессе изучения гербов исследователи часто обращаются к справочникам по русской дворянской геральдике, основным из которых является «Общий Гербовник дворянских родов Всероссийской империи». Но, к сожалению, опубликованы лишь 10 томов «Общего Гербовника», остальные тома не были изданы и хранятся в рукописном виде в Российском государственном историческом архиве. Другие справочники либо не доведены до конца, либо не опубликованы. Над созданием многих из них трудился почти единственный в Советском Союзе теоретик и практик геральдики В. К. Лукомский.
При помощи гербов Лукомский устанавливал лиц, имущество которых попало в казну, а затем в Оружейную палату. Им были атрибутированы гербы на кладбищенских памятниках, зданиях, водяных знаках (филигранях), печатях на депешах и личной переписке, экслибрисах, мебели, оружии и т. д.
Русская дворянская геральдика отличается богатством и разнообразием элементов. Ярко и самобытно отразилась в гербах эпоха войн — раненная в локоть рука, воин, вонзающий меч в турецкую чалму, всадник с саблей, на которую надета голова турка, шпага с алмазами и фельдмаршальским жезлом и т. д. Кроме того, в гербах запечатлелись и трудовые процессы — плавильные, солеваренные печи, горы в разрезе с шахтами в них... Нередки и изображения глобусов, циркулей, различных карт, книг, планов.
В русской геральдике изображения живые, разнообразные. Родовые гербы далеко не однородная, застывшая масса — изображения в них с течением времени подвергались изменениям, что тоже может быть существенным признаком при определении и датировке герба.
Дворянская геральдика в России шла своим путем, порой пренебрегая классическими канонами. В этом проявлялась ее самобытность.
Подсчет изобразительных элементов (эмблем) в полях основного щита, составляющих изображения русской геральдики, показывает, что их около пятисот. На щитах имеются изображения как уникальные, так и часто повторяющиеся.
В ряду гербов с изображениями животного мира выделяется лев (символ мощи и могущества), представленный в разных эпохах, — как вооруженный, так и с предметами мирного обихода. Лев зачастую изображается стоящим на задних лапах, повернутым вправо или влево. Гербов со львом насчитывается около четырехсот (для сравнения: медведя — 62). Изображений остальных животных, вместе взятых — 340.
Из пресмыкающихся наиболее излюбленным является изображение змеи (более шестидесяти гербов), среди насекомых — пчелы в сочетании с ульем (около трехсот).
Из птиц ведущее место занимает журавль с камнем в лапе и символ человеколюбия — пеликан, питающий собственной кровью своих птенцов.
Из деревьев главенствующее место занимает дуб (более восьмидесяти). В злаках первое место занимает колос или колосья в снопах (около двухсот). Среди цветов предпочтение отдавалось лилии (более ста) и розе (около восьмидесяти).
Из различных сооружений преобладали изображения башен (свыше семидесяти), крепостей (около двухсот), крепостных и городских кирпичных стен (около восьмидесяти).
Одним из существенных элементов дворянской геральдики является подкова шипами вверх или вниз, весьма часты на ней различные дополнения — кресты, звезды, сабли и пр. Таких гербов более ста.
Из мифологических существ на гербах чаще всего встречается дракон (около двадцати) и единорог (более сорока).
Несмотря на то что изображение жезлов запрещалось правилами классической геральдики, на гербах русских дворян они довольно распространены: жезл Меркурия повторяется более тридцати раз, эскулапов (медицинский) жезл с одной или двумя змеями — около двадцати.
Изображения различных корон в русских гербах (в отличие от западной геральдики) относительно редки — всего около ста двадцати.
При обращении к земному ландшафту ведущее место принадлежит изображениям «воды» и «земли». Река встречается около восьмидесяти раз, гора — около девяноста.
Нужно выделить изображения самых разных кораблей — от древнего до современного: их более сорока. Из морской оснастки ведущее место принадлежит якорю — более ста изображений.
Довольно много гербов с изображением книги — около пятидесяти. В «бытовых предметах» выделяются: чаша — около тридцати, ключ в разных положениях — семьдесят, колесо — около тридцати.
Один из самых значительных и интересных разделов дворянской геральдики — это изображения военных атрибутов и вооружения. Именно здесь находили применение своим способностям художники, создававшие эти гербы. Значительное место занимают изображения пушек — более семидесяти, ядер — почти пятьдесят, меча — около ста семидесяти, сабли — более пятидесяти, шпаги — около ста шестидесяти, копья — около тридцати, лука — более восьмидесяти, стрелы — около двухсот и т. д. Преимущество, как видим, отдано традиционным изображениям холодного оружия. Весьма часто встречаются и вооруженные люди — всадники, рыцари, латники, ратники и пр. (около двухсот раз).
Большое место в изображениях занимают звезды. Они самой разнообразной формы — от трехконечных до девятиконечных. Звезды отражены более чем в тысяче двухстах гербах. Именно они могут считаться наиболее распространенным элементом дворянской геральдики. Наряду со звездой очень часто изображался и полумесяц рогами вверх или вниз (опрокинутый): таких гербов более пятисот.
На многих гербах с незначительными вариациями изображается рука (в латах или без них) с мечом или саблей (символ пожизненной службы). Таких изображений более двухсот. Кроме того, пользовалось популярностью изображение руки с самыми различными атрибутами в ней — их более двухсот, сердца — около семидесяти.
На гербах изображались и люди: женская фигура встречается более двадцати раз, мужская — более тридцати.
Наряду со звездами значительное место в дворянской геральдике принадлежит главному символу России — двуглавому орлу. Этот орел — с вензелями многих императоров — практически положил начало официальной дворянской геральдике, будучи изображенным на первых страницах первого тома «Гербовника». С тех пор нет ни одного тома «Гербовника», включая его дополнения, где он не был бы изображен. В различных сочетаниях и вариациях двуглавый орел отражен более чем в половине русских дворянских гербов.
Подводя итоги почти 200-летней деятельности гербовых учреждений, нужно отметить, что протекала она главным образом как практическая работа по составлению и утверждению родовых гербов. Поскольку работа гербовых учреждений связывалась со службой дворян, все ее результаты были малодоступны, особенно на последнем этапе, для исследователей-историков. Это, вероятно, определялось и плохим состоянием архива, который подвергался уничтожению малоквалифицированными чиновниками. Вместе с тем в Гербовом отделении велась активная справочная работа, которая вылилась в создание пособий, полезных для дальнейшей, уже научной, работы с гербами, была создана уникальная библиотека.
В начале 1918 года был открыт Гербовый музей, который положил начало систематической, целенаправленной атрибуции гербов. В результате этого была выработана научная методика раскрытия исторического содержания гербов, превращения их в исторический источник. Заслуга окончательного оформления геральдики (и ее родовой части) во вспомогательную дисциплину принадлежит В. К. Лукомскому.
Сейчас сложилась ситуация, о которой, заглядывая в будущее, когда-то говорил Лукомский. Он предупреждал, что настанет время, когда для отечественных историков родовая русская геральдика станет такой же тайной, какой были для Шампольона египетские письмена…

Примечания
1. «Среди коллекционеров». 1922. № 3. С. 28-29.
2. Белинский В. Е. Русский Геральдический словарь. Выпуск I. СПб., 1912. С. 1.
3. РГИА. Ф. 1343. On. 15. А. 379. Л. 2.
4. Там же. А. 71. Л. 1, 2, 4, 5.
5. Там же. А. 74. Л. la, 3, 22-23.
6. Там же. А. 378. Л. 1-5.
7. Винклер фон П. Русская геральдика. СПб., 1892. Вып. 1-3. С. 53.
8. Большаков А. Н. Вспомогательные исторические дисциплины. Л., 1924. С. 168.

(Опубликовано: журнал «Родина», 1996, № 5.)

к содержанию